Для бодрствующих существует всеобщий и единый космос, Из спящих же каждый отвращается в свой собственный.
Гераклит
Современный экономический кризис предстает как цивилизационный кризис мировых проектов европеизма: мондиализма, евроатлантического консенсуса и глобализации. Неограниченная неолиберальная экономика создала совершенно свободную виртуальную финансовую экономику (casino capitalism), полностью оторванную от реальной экономики. Однако такая свобода, больше похожая на произвол, стала не только тупиком для реального общественного производства и общества вообще, но и исторически беспрецедентным долговым капканом для самой финансовой экономики (эффект бумеранга) [6; 14]. Текущий кризис подводит к неутешительным итогам не только в экономической, но и в политической, социальной и духовной сферах. «Арабская весна» («тригонометрические» революции в арабских странах), события в Ливии, Сирии, геополитическая напряженность в Европе (Испании, Греции и др.), подъем правых сил, рост влияния правых партий в Европе, политическая напряженность в США — вот далеко не полный список явлений начала XXI в., доказывающих наличие кризиса мировых проектов.
В 1904 г. один из основателей геополитики Х. Маккиндер заявил, что «человечество вступило в постколумбову эпоху», когда свободные территории, которые прежде способны были поглощать энергию и избыточное население, оказались исчерпанными, земной шар стал единой Эйкуменой и единым политическим пространством [15]. Если Маккиндер беспокоился о том, как будет происходить передел и освоение земного пространства, то сегодня мы вправе сказать, что эра борьбы за пространства земли закончилась победой человека. На повестке дня стоит вопрос, кто и как будет контролировать земной шар в целом.
Современный мир характеризуется следующими мировыми трендами: нарастанием хаоса, снижением управляемости мирового развития, появлением новых регионов в мировой политике, усилением взаимозависимости. В сложившейся ситуации все более актуальным становится вопрос о глобальном управлении.
Что делать в эпоху хаоса, цивилизационного кризиса, как сохранить человеческую (индивидуальную) безопасность на планете Земля? На эти сложные вопросы современности пытается ответить теория хаоса [13]. Оказывается, до известной степени возможно управление хаосом. Теория хаоса изучает сложные взаимосвязи между простотой и сложностью физических, химических, биологических и социально-экономических систем, между упорядоченностью и случайностью, возникновением нового порядка из хаоса. Она показывает, что развитие системы предсказуемо лишь на определенных этапах. Одно из важных свойств хаотических систем состоит в том, что они демонстрируют единообразные формы на всех уровнях иерархии. Математики называют это фракталами. Слово «фрактал» ввел Манделброт. Фрактал (лат.) — сломанный камень неправильной формы. Это геометрические фигуры неправильной формы, которые демонстрируют одну и ту же степень неправильности на всех уровнях. Фракталы помогают понять суть турбулентности в социальных и других системах, не причину возникновения турбулентности, а сам процесс: они могут характеризовать природу хаоса и служить своего рода индикаторами.
