В современном мире тема диалога культур — одна из самых актуальных. Возможно, потому, что состояние реального межкультурного диалога весьма далеко от идеала бесконфликтного общения. В то же время специалисты в области международных отношений, этнопсихологии, лингвокультурологии, коммуникативистики и других специальных дисциплин давно подтвердили тезис политиков-практиков, согласно которому стремление свести конфликты к минимуму не может быть реализовано без четкого знания особенностей взаимодействующих сторон [2, с. 29—31].
В самом деле, четкое размежевание позиций, определенность в отстаивании своей точки зрения по конкретному вопросу бывают в целом ряде случаев жизненно необходимы — несмотря на то, что часто подобная определенность чревата конфликтом. В моменты принятия особо важных политических решений способность вести эффективный диалог в сфере международных отношений — условие успеха внешней политики страны. На первое место в этом случае выходит не бесконфликтность как таковая, а эффективность, которая, как уже отмечалось, может сопровождать так называемый истинный диалог [1, с. 65—87] (диалог, главной целью которого является не обман партнера, а стремление договориться). Вот почему изучение коммуникативных стереотипов, их структуры и функционирования в различных диалоговых ситуациях — важный компонент общей стратегии международного диалога, включающего профессиональный дипломатический дискурс, «народную дипломатию» и т.д., т.е. межкультурные отношения в самом широком смысле этого понятия.
Обращение к истории межкультурной коммуникации предполагает знание тех форм, в которых она осуществлялась в различные периоды. Начало XX в. — века, несущего огромный потенциал перемен и развития, — с этой точки зрения один из самых интересных периодов истории. Англия и Германия, два крупных игрока мирового политического поля, в начале XX в. — партнеры по межкультурной коммуникации, а затем — враги на полях сражений. Отношения этих стран в определенной мере можно рассматривать в качестве образца лавинообразного развития деструктивных процессов в коммуникативном поле, приведших в конечном итоге к открытому конфликтному противостоянию в наиболее резкой — военной — форме.
