В настоящее время видится весьма актуальным поиск отечественных традиций хозяйствования, т.к. классический механизм рыночной экономики по ее западному образцу привел в уже очевидный многим тупик. Об этом тупике не боится говорить и руководитель Центробанка Э. Наибуллина: в мае 2017 г. она публично высказалась о поиске новых моделей развития российской экономики [1].
Многие, видя этот тупик, пытаются вернуться к экономическим принципам СССР, к плановому хозяйству и казарменному социализму. Можно предположить, что это происходит, в том числе, и по причине недостаточного внимания к отечественным традициям хозяйствования, к «исторической забывчивости»: в плане социально-экономическом Россия знала не только столь вожделенный ныне многими казарменный социализм. Важно сейчас внимательно проанализировать отечественные экономические учения. В современной российской экономической науке мы находим немного работ ученых, позволяющих восполнить данную практически пустующую научную нишу. Тем отраднее, что в кругу таких немногочисленных работ есть серьезные научные исследования, посвященные отечественной школе экономической мысли, раскрывающие особенности российских принципов хозяйствования. Среди таких работ можно назвать монографии Ю.Н. Егорова и Е.Н. Титовой, актуализирующие отечественные традиции хозяйствования [2, 3]. Примечательно, что данные исследования гармонично дополняют друг друга: в работе Елены Титовой есть раздел, посвященный основным идеям отечественной школы социально-экономической мысли [3, c. 134–162], в то время как в исследовании Егорова более обстоятельно рассмотрены основные идеи названных Титовой ученых [2, с. 107–110]. Однако, и работа Титовой дополняет положения труда Ю. Егорова, в частности, она как бы дорабатывает раздел 6 экономическими идеями старообрядческого предпринимательства [2, с. 96–106].
Оба исследователя приходят к взаимодополняемым и пересекающимся выводам:
- современная Россия обладает значительным экономическим потенциалом. Для его реализации важно уходить от догматизма и схематизма в экономической науке, как коммунистического, так и рыночного. Абсолютная вера, как в торжество плановой экономики, так и в саморегуляцию рынка опасны для развития страны;
- нетерпимое отношение к экономическому инакомыслию, догматизм, оторванность исследований от современных процессов в мировой экономике и игнорирование отечественного опыта, пренебрежение к научному наследию своих предшественников – все это негативно влияет на положение отечественной экономической науки и экономику современной России [2, с. 346, 347];
- обращение к наследию экономических идей старообрядчества помогает выработать адекватные для российской действительности альтернативные ориентиры для его разрешения. В числе таких ориентиров нравственные начала и принципы хозяйствования; кооперация, вплоть до коллективного управления частной собственностью; активное участие предпринимательства в общественной жизни; социальная ответственность бизнеса перед обществом [3, c. 215].
Наше пристальное внимание привлекла проблема, затронутая Егоровым и Титовой как бы одновременно, – перспективы развития разрушенной социалистической системы хозяйствования для специфики России. Надо ли было разрушать советскую экономическую модель в угоду рынку? Данная проблема находится и в кругу научных интересов автора данной статьи, этот актуальный вопрос автор статьи пытался разрешить еще в 2003 г. в изданной монографии в соавторстве с Т.С. Ледович [4].
Исследователи Титова и Егоров в разном ключе, но одинаково отвечают на вопрос: были ли перспективы у коммунистической системы хозяйствования в СССР? Ответ отрицательный. Ю. Егоров данный вывод делает на основе глубокого анализа работ отечественных экономистов (и, прежде всего, Русского зарубежья) [2, c. 191–200], а Е. Титова – на основе хозяйственной практики старообрядцев в СССР и коммунистическом Китае [3, с.180–210].
Интересное наблюдение сделала Елена Титова, изучив в исторической ретроспективе хозяйственную практику русского старообрядчества. Чем интересно подобное исследование? Тем, что Титова рассмотрела успешный хозяйственный опыт староверов в различные эпохи и в разных экономических системах. В том числе, – социалистической. Ею обращено внимание, что лидеры российского предпринимательства, староверы, после Октябрьского переворота 1917 г. в западную рыночную капиталистическую систему не вписались: выехав в Европу, представители торгово-промышленно-финансовой буржуазии и российские меценаты (в их числе братья Рябушинские – Владимир Павлович, Павел Павлович и Степан Павлович; Дмитрий Васильевич и Василий Васильевич Сироткины, Сергей Николаевич Третьяков и мн. др.) практически все разорились и бедствовали [3]. Тем не менее, уровень жизни староверов Русского зарубежья, несмотря на разорение, был выше, чем у тех, которые оставались в России. Оставшиеся в России старообрядцы, несмотря на аналогичные идеи коллективизма и общинности, при построении бизнеса не смогли адаптироваться к советской экономической политике. Титова обращает внимание, что в СССР коллективизм строился на иных приоритетах, вне конфессиональной принадлежности [3]. Старообрядческие семьи, оставшиеся в Союзе, не приняли коллективизацию. Многие из них подверглись репрессиям, другие ушли в Китай и Маньчжурию. Исследователь Титова заметила, что как только в Маньчжурию пришли советские войска, налаженная и достаточно обеспеченная жизнь китайских старообрядцев рухнула, многих раскулачили и выслали с засиженной территории в Сибирь. После победы в Китае коммунистов в 1949 г. русские старообрядцы совсем оставили эту страну. Они переселились в Гонконг, оттуда в 1958 г. при помощи ООН – в США, Аргентину, Парагвай, Чили, Бразилию и Австралию, в том числе и в Боливию. В Америке, на Аляске старообрядцам снова удалось сколотить сильное хозяйство, освоить кораблестроительное мастерство и наладить производство рыболовных катеров. Они образовывают небольшую «Русскую морскую компанию», сооружают корабельную верфь. В США появился даже спрос на «русские катера». Оставшиеся в Латинской Америке староверы, в свое время эмигрировавшие туда из России через Китай, имеют также предпринимательский успех сейчас в Боливии. Фильм С. Ястржембского «Дед Степан, Мартьям и Маллифа, или Русские староверы в Боливии», снятый им в 2013 г., повествует об одной из таких семей боливийских староверов. Семья главного героя фильма содержит 20 га земли, имеет 4 рыбника, плантации. Все это дает доход не менее 500 тыс. долларов ежегодно. Прибыль вкладывается в дело, и дело постоянно расширяется.
Что интересно, по анализу Титовой, в современной России предпринимательство у старообрядцев не складывается. Примером тому может послужить история семьи староверов Зайцевых, приехавших в Россию из Уругвая и не сумевших освоиться на своей исконной Родине. «Кровь у нас истинно русская… Но в Россию мы возвращаться больше не хотим ни за что, хотя на все Воля Божья. Вплоть до сегодняшнего дня мы горько жалеем, что решили сюда переселиться. В Латинской Америке мы чужие, потому что русские, но здесь тем более никому не нужны. На земле в России рай, природа красивая, дух захватывает, но вот чиновники и богатые люди – это кошмар», – сказали Зайцевы, уезжая из России [5]. Все же для реализации принципов хозяйствования староверов нужна свободная конкуренция как внешнее условие, – делает вывод Е. Титова [3].
Ю. Егоров, ссылаясь на работы русских экономистов, уже теоретически объясняет обнаружившие Титовой, явления. Так, С.О. Загорский полагал, что созданное в России «сугубо казенное» государственное хозяйство, не может быть эффективным, потерпит крах и ввергнет страну в серьезный кризис [3,c. 162]. С.Н. Прокопович говорил в том же ключе, что «план убил рынок» [3,c. 171]. Также Юрий Егоров анализирует труды А.И. Бунге, П.Н. Апостола, А.М. Югова, А.П. Маркова и др. Все эти исследователи относятся к разным направлениям социально-экономической мысли (леворадикальным, либеральным, умеренным). Но, тем не менее, как подчеркивает Ю. Егоров, все они обосновывают одну и ту же идею – неизбежность ликвидации социализма в СССР, к неизбежному краху экономики планового хозяйства. Реальным оригинальным путем хозяйственного развития страны могли бы стать идеи коллективного хозяйствования на рыночной почве (по примеру старообрядческих предпринимательских общин). И в этом ключе были бы очень интересны новые исследования.
Таким образом, поднятые авторами в своих исследованиях вопросы актуальны и требуют дальнейшей разработки, а также новых дискуссий в научном сообществе. Следует отметить, что Ю. Егоров и Е. Титова уже какое-то определенное время занимаются данными проблемами [6–12], история экономических учений является ядром их научных интересов, вполне вероятно, что поднятые ими вопросы получат более глубокую разработку в последующих работах этих ученых. В целом, научному сообществу будет интересно, на наш взгляд, ознакомление с этими новинками книжного научного рынка именно в совокупности, в пересечении научных идей, озвученных этими авторами.
