Дубравы в лесостепи, по мнению Б.А.Келлера (1928, 1951), стали формироваться и расселяться после ледниковой эпохи; здесь они в значительной мере были распространены в области ледниковых наносов и отложений ледниковых вод. Автор указывает: «... наши дубравы – это ушедшие далеко на восток острова среднеевропейских широколиственных лесов». По мнению С.И. Коржинского (1891), в лесостепи «… дубовые леса могли возникнуть лишь двояким путем: или они возникли на открытых пространствах, или сменили породы еще более светолюбивые, чем дуб».
Возможность освоения дубом не лесопокрытых пространств, а вернее, кустарникообразных зарослей по балкам и оврагам, участков, одичавших фруктовых садов и других подобных территорий, примыкающих или расположенных поблизости от опушки плодоносящих дубрав,подтверждается и нашими исследованиями [12]. Установлено следующее: – опушки дубравы по границе с нелесными землями отличаются хорошим разновозрастным возобновлением дуба (расположение их куртинное). Возраст самосева, по мере удаления от кромки леса, снижается; – самосев и подрост дуба наиболее обилен на удалении до 100…150 м, отдельные экземпляры встречаются на отметке 240…260 м от опушки материнского древостоя; – оценка состояния дубового подроста показывает, что большинство дубков образуются из спящих почек после отмирания неоднократно поврежденного центрального побега. В данном случае, порослевая способность позволяет дубу выжить, развивая и укрепляя корневую систему с последующим образованием кустообразной группы поросли. Такие дубки первоначально растут с искривленным стволиком, но в дальнейшем способны образовать высокобонитетные дубовые насаждения.
