Российское законодательство о несостоятельности (банкротстве) относительно молодое (ему чуть более двух десятилетий), и его основные положения и принципы все еще развиваются законодателем, что служит причиной неоднородности правоприменительной практики. Тем не менее с момента принятия действующего Федерального закона от 26 октября 2002 г. № 127-З «О несостоятельности (банкротстве)» (далее — Закон о банкротстве) и внесения в него в 2009 г. изменений, касающихся нового порядка и новых оснований оспаривания сделок должника, судам удалось накопить обширный практический материал, анализ и обобщение которого позволили Высшему Арбитражному Суду РФ в декабре 2010 г., а затем в июле 2013 г. опубликовать свои разъяснения с учетом новейшей судебно-арбитражной практики.
Согласно п. 3 ст. 613 Закона о банкротстве сделка с предпочтением, совершенная должником в течение шести месяцев до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, может быть признана судом недействительной, если: а) имеются в наличии условия, предусмотренные абзацами вторым и третьим п. 1 ст. 613, или б) установлено, что кредитору или иному лицу, в отношении которого совершена такая сделка, было известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества.
Использование подобной сложной конструкции в Законе о банкротстве свидетельствует о том, что законодатель при выработке норм об оспаривании сделок должника в целях защиты прав и интересов как должника, так и его кредиторов попытался наиболее оптимальным образом сочетать объективные и субъективные основания недействительности сделок.
На практике осведомленность стороны сделки о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества (далее — о признаке неплатежеспособности) должника, в силу субъективного характера данного явления и использования правоприменителем целого ряда оценочных понятий при толковании данной нормы крайне сложно установить. Суды зачастую испытывают затруднения при оценке обстоятельств, свидетельствующих о том, что контрагент или иное лицо по сделке знали о наличии данных признаков, или опровергающих такую осведомленность.
В связи с этим особый интерес вызывают положения новой редакции постановления № 63 (с учетом изменений, внесенных в него постановлением № 59), изучение которых и стало целью данной работы. Так, и с научной, и с практической точки зрения весьма полезным и интересным представляется исследование тех условий, при наличии которых арбитражные суды устанавливают добросовестность или недобросовестность контрагента должника при совершении с ним сделок в преддверии банкротства последнего.
